• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: 4 позиции бруно (список заголовков)
22:14 

От Восхода до Zakata




Артемий Троицкий – о том, за что обидно Леониду Парфенову, в чем парадокс современного телевидения и каких представителей отечественного андеграунда не стыдно слушать




Недавно у Артемия Троицкого родилась дочь, и, естественно, новорожденная для него важнее всего – поэтому музыкальный критик никого не зовет в гости и не выбирается в кафе. Тем не менее, он согласился дать интервью по телефону и рассказал, за что обидно Леониду Парфенову, где искать актуальную музыку и каких представителей российского андеграунда он слушает с удовольствием.





— Артемий, вы дружите с Леонидом Парфеновым. На ваш взгляд, повлияет ли его речь на вручении премии Листьева на описанную в ней ситуацию? Возможно ли в принципе изменение такого положения вещей, и если да, то каким образом?



— Я считаю, что речь Парфенова ситуацию отражает достаточно объективно. А не согласился бы я с ним только в том, что он говорит, что информационное вещание у нас ужасное, оно и конъюнктурное, и запрограммированное, в отличие от вещания развлекательного или киносериального показа, которые у нас якобы очень хороши. Я считаю, что и то и другое — ужасно. Что развлекательная вся эта попсовая история, что чудовищные сериалы, среди которых приличных попадается один на сотню, что информационное вещание — это все продукты одного и того же, более чем убогого качества.



А так, естественно, Леонид все сказал правильно, и, по-моему, все и без него это знали, в том числе и те, к кому эта речь была обращена. Я думаю, что столь большой резонанс она получила не потому, что она что-то реально означает и может на что-то повлиять. Нет, она ни на что не повлияет, потому что имеется определенная государственная политика, и определяют ее не Эрнст и не Добродеев, а Путин, Юмашев, Сечин, Сурков и прочие всем известные, а также некоторые малоизвестные товарищи. Точнее, друг другу они товарищи — мне они нифига не товарищи.



Так вот, резонанс эта речь имела, наверное, потому, что Леня — вообще человек очень осторожный, очень комильфо, и никогда себе прежде не позволял какой-то публичной критики. А тут он это сделал, и, конечно же, люди от одного этого слегка оторопели. А Леню в этой ситуации я понимаю очень хорошо. Об этом достаточно говорили и писали, но я хотел бы назвать еще одну причину, которая мне кажется очень важной. Дело в том, что Парфенов — он такой окончательный и бесповоротный до мозга костей телевизионный профессионал, выпускающий очень качественную, штучного, ручного изготовления продукцию. Не всегда, но часто. И конечно же, он очень рассчитывает на то, что эта его работа будет оценена адекватными людьми. А проблема в том, что адекватные, нормальные, культурные люди, то есть референтная группа Леонида Парфенова, телевизор, в общем-то, смотреть уже перестала. То есть по тем самым причинам, которые он изложил в своей речи, сейчас мало кто телевизор и смотрит. 





Скажем, сделал Парфенов замечательную программу про Зворыкина, русского экспата, который в Америке стал одним из изобретателей телевидения. И, наверное, Леня рассчитывал, что после этого ему позвонят 50 человек и скажут: «Леня, молодец, изумительная программа». А вместо пятидесяти позвонили пятнадцать и сказали: «Какая это изумительная программа!» А где же остальные 35? А они эту программу не видели, просто потому, что телевизор вообще не смотрят. Соответственно, Лене Парфенову обидно за телевидение как таковое. Что он старается, что они — такие профессионалы, и умники, и телевизионные большие мастера, а весь этот бисер приходится метать перед свиньями, для которых программа Парфенова — просто какая-то затычка между тупой пропагандистской программой «Время» и очередным сериалом.



Так что Лене можно только посочувствовать. Он, к сожалению, кроме телевидения больше ничего делать по-хорошему не сможет. Вот был у него опыт с журналом «Русский Newsweek», который закончился не особо хорошо. Он — действительно абсолютно, стопроцентно, до мозга костей телевизионный человек. И он просто видит, что вся эта… что весь этот храм телевидения, жрецом которого он был последние несколько десятков лет,, заполнен быдлом. И, естественно, ему очень обидно.



— У вас есть несколько своих лейблов: «Зенит», Zakat, «Восход» и «Прибой». Какие проекты, выходящие на этих лейблах, вы считаете наиболее интересными?



— У меня на самом деле несколько лейблов, но я не сказал бы, что они совсем уж мои собственные. Все это делается мною в сотрудничестве с известным концерном «Союз», который занимается всяческими скучными техническими хлопотами по поводу выпуска пластинок, а я беру на себя то, что мне нравится, а именно заботы гуманитарные: репертуарные, пиарные, и прочая, и прочая…



Наиболее продуктивный из них — это Zakat, на котором выходит всевозможная лицензионная западная продукция. Я думаю, самое известное, что выходит на нем, — это различные релизы из каталога английского инди-лейбла Domino Records, а это, наверное, лейбл номер один в мире. И они, собственно, всем известны, и продаются хорошо, и так далее. Флагманские артисты тут, естественно, британский квартет Franz Ferdinand.





«Прибой» — это лейбл совсем маленький, он посвящен музыке серф, которую я очень люблю и которая для нашей страны очень экзотична. Музыка океанских серфингистов. Там выходили пластинки как иностранные, скажем, финнов «Лайка и космонавты», так и русские, например, сборник «Серфинг на снежной волне» — это сборник вообще всего русского серфа, большой такой двойной альбом. Также был сольный альбом группы «Вивисектор» и некоторые другие.



Далее — лейбл «Зенит». Это в основном архивные записи интересной российской музыки, как правило, не выходившие на CD в 80-е, 90-е годы. Здесь, наверное, самая массивная серия — это переиздание полного собрания звукосочинений группы «Центр» и Василия Шумова. Выпущено, я думаю, уже где-то порядка 14, может быть, 16 альбомов «Центра» разных лет. Но этим дело не ограничивается. Выходят еще некоторые группы, которые не слишком знамениты — то есть это не «Кино», не «ДДТ», не Nautilus Pompilius, но, на мой взгляд, очень важны и качественны.



Ну и наконец, лейбл «Восход» — это всевозможные актуальные записи наших музыкантов — как молодых, так и известных. Среди известных последний альбом группы «Мегаполис», который был признан лучшим альбомом истекшего сезона по версии премии «Степной волк». Это новая пластинка, опять же первая за несколько лет, московского «Вежливого Отказа». Это первый и, я боюсь, единственный релиз проекта «Рубль» Сергея Шнурова.



Но для меня не менее интересны те диски на «Восходе», которые записаны не слишком знаменитыми и молодыми артистами. Здесь, наверное, флагманская группа — это группа «Барто», у которых не так давно вышел уже третий, а если считать альбом ремиксов, то и четвертый альбом. «Барто» — это моя любимая на сегодняшний день московская, а может быть, и вообще русская группа. Я считаю, это важнейший музыкальный феномен настоящего времени. Помимо «Барто» мне очень нравится альбом группы из Екатеринбурга «4 позиции Бруно», который мы тоже выпустили в этом году.





Есть и некоторые другие проекты. Например, «Пахом», два альбома которого уже вышло — такой московский безумный альтернативный рэп. Опять же этот лейбл ориентируется в основном на музыку, которую принято называть андеграундом. И я очень рад, что у этих артистов, у которых, скорее всего, никогда не было бы денег на то, чтобы выпустить компакт-диск, он все-таки появляется. И, хотя коммерческого прока от этого нет вообще, всегда приятно держать в руках такую вещицу, приятно ее кому-то подарить с автографом и так далее. Собственно говоря, для того все эти диски и печатаются.



— В одном из интервью, как раз о лейблах, вы говорили, что на «Восходе» был ряд исполнителей, которых «Союз» отказался издавать в силу полной их нерентабельности.



— Да.



— Вы можете рассказать об этих товарищах?



— Это рабочий момент. Дело в том, что, поскольку финансовые риски за выпуск альбомов на моих лейблах несет действительно концерн «Союз», а не я, то с моей стороны было бы просто свинством говорить им: «Ребята, вот я хочу, чтобы вы это издали, а будет это продаваться или нет, вообще не ваше дело». Я вполне честный командный игрок в этом смысле. И если партнеры из «Союза» аргументированно убеждают меня в том, что выпуск того или иного альбома приведет к гарантированным финансовым потерям, естественно, я на этом не настаиваю.



Один альбом такого плана, который я могу упомянуть, хотя подобных было несколько, — это ленинградский электронный панк под названием «Дима Беслан». Это электронная музыка, в высшей степени мрачная, глумливая, с интересными сэмплами и вполне ощутимой социально-политической подоплекой. Мне нравится творчество этого человека, его зовут Артур, он живет в Питере. Но вот по нему, скажем, мы с «Союзом» к общему знаменателю не пришли, хотя я не исключаю того, что в будущем все-таки что-то с ним получится.





— Какова ваша оценка современного состояния отечественной музыки? В чем вы видите проблемы, и какие у них есть пути решения?



— Вы знаете что? Если говорить о музыке, то я считаю, что состояние ее вполне неплохое. К сожалению, очень многие считают нашей музыкой попсу, то есть то, что идет по каналам телевидения, по всяким радиостанциям типа «Русского радио» и аналогичным. Я это музыкой вообще не считаю. То есть это — некий убогий … аудиопродукт. Точно так же, как я не считаю кулинарией то, чем кормят людей во всяких тошниловках типа «Макдональдса», точно так же я не считаю музыкой то, что делается на всяких «Фабриках звезд», в продюсерских центрах и так далее. Эта музыка значительно ниже уровня моего радара, и я ее не знаю и знать не хочу.



Что касается музыки, которая мне интересна и которая мне нравится, то в последние годы, я считаю, у нас очень много всего интересного происходит. С одной стороны, оживились некоторые восьмидесятники, тот же Вася Шумов, о котором я уже говорил, и, Миша Борзыкин. И меня это очень радует. С другой стороны, появилось реальное новое поколение. И когда я говорю реальное, то имею в виду не только то, что это люди молодого возраста, но и то, что у них иное отношение к музыке, чем, скажем, у артистов восьмидесятых и девяностых годов. 



Я уже говорил о группе «Барто», могу назвать Padla Bear Outfit из Петербурга, те же «4 позиции Бруно» из Екатеринбурга, «Краснознаменную дивизию имени моей бабушки» из Москвы. На самом деле их довольно много, этих людей. Скажем, я второй год участвую в жюри конкурса «Музыка твоего города», который компания «Мегафон» проводит в областных центрах середины России. Это такие города, как Рязань, Тула, Брянск, Владимир, Орел, Курск, Нижний Новгород. И надо сказать, меня просто поражает то, насколько много в этих областных центрах создается интересной, актуальной и свежей музыки. Я сейчас буду стараться вообще что-то делать с этими ребятами тоже, потому что это просто удивительно.





Так что я оцениваю состояние как очень даже оживленное и перспективное. Помогают в этом два фактора: в первую очередь, Интернет, который дает возможность людям, и общаться друг с другом, и выходить на слушателя без всякого радио и телевидения, которые сейчас прогрессивным музыкантам вообще задаром не нужны; и второе, что очень радует, это то, что всячески ветвится и развивается клубная система. То есть очень много клубов стало. Не только в Москве и в Питере, но и в тех же областных центрах фактически повсюду есть места, где если не каждый день, то, по крайней мере, несколько раз в неделю звучит живая музыка. Туда группы приезжают на гастроли — те же «Барто» сейчас отправились в тур практически по всей России. То есть это Урал, Сибирь, Поволжье, юг. Группа, которой никогда не было и даже быть не могло ни на радио, ни на телевидении. Тем не менее она имеет бешеный успех и устраивает по стране практически такие же гастроли, как Филипп Киркоров. Правда, может быть, в меньших залах.



— Занимаясь музыкальной журналистикой, вы искали, находили и открывали для своей аудитории интересных исполнителей. В нынешнем качестве ищете ли вы музыкантов для своих лейблов или они приходят сами? Почему, на ваш взгляд, поиск талантливого и качественного продукта и в музыкальном бизнесе, и в медийной сфере сходит на нет?



— Я считаю, что сейчас искать талантливых музыкантов намного проще, чем когда бы то ни было, опять же благодаря Интернету и клубной системе, которая выдает на-гора огромное количество живых концертов. То есть я выуживаю каких-то интересных артистов самыми разными способами. Некоторые мне сами присылают кассеты, другие звонят — приглашают на свои концерты, третьи обнаруживаются в процессе моего участия в каких-то конкурсах.

Так, кстати, я нашел группу «Барто» — это был такой интернет-конкурс большой, федерального уровня. Я впервые услышал их записи, и они мне очень понравились. То есть возможностей и для того, чтобы талантам самим о себе заявить, и для того, чтобы заинтересованные люди могли эти таланты обнаружить, очень много. И это огромное преимущество нашего времени перед тем, что было в 80-е – 90-е годы.
  























@темы: 4 позиции бруно, Padla Bear Outfit, Zakat, Артемий Троицкий, Барто, Беседы, Вивисектор, Восход, Дима Беслан, Зенит, Краснознаменная дивизия имени моей бабушки, Леонид Парфенов, Мегаполис, Пахом, Рубль, Союз, Центр, Шнур, андеграунд, лейбл, попса, шоу-бизнес

17:29 

Птицу ем, рэп читаю




«Птицу ЕМЪ», сайд-проект двух участников «4 позиции Бруно» — пожалуй, один из самых оригинальных и остроумных проектов русской хип-хоп сцены. Это неожиданный рэп от лица «униженных и оскорбленных» — прыщавых школьников, офисного планктона и геев.






В отечественном хип-хопе, который условно делится на три направления — «четкие пацаны с района», «телеги о жизни» и «интеллектуальные тексты на электронном фоне» — время от времени возникают недетские неожиданности вроде «Копов в огне», МС Василия или Ларика Сурапова (ныне miiisha). И недавно ряды светлой стороны Силы пополнил сайд-проект двух (из трех) участников «4 позиции Бруно» (Александра Ситникова и Николая Бабака), электронно-психоделической группы из Екатеринбурга. 



Альбом, безыскусно названный «Птицу СЪЕМ», — это зарисовка из жизни затюканных сверстниками детей, заводских рабочих, подростков из спальных районов, офисных служащих и почему-то гомосексуалистов.



«Птицу СЪЕМ» немного напоминает «Мальчишник». Причем не столько буквой (хотя с этим все в порядке – простенькая музыка с сэмплами из 90-х и специфические интонации читающих), сколько духом: уж очень не хочется, чтобы о таких музыкальных предпочтениях узнали немолодые уже родители, да и не все друзья мужского пола оценят вступление про «два яйца над лучшим другом», равно как и следующую за этим экзистенциальную драму.





Вообще с экзистенциальной драмой «Птицу ЕМЪ» работают так, что дай Бог каждому. Залошеный в пионерлагере Славка обнаруживает, наверное, впервые в жизни, что взрослые этой самой жизни совсем не знают. Остальным героям, впрочем, не легче. У них перхоть, они изгои, их все обманывают, или они не хотят идти в первый класс.



Тематика для песен, конечно, выбрана благодатная, а персонажи вышли крайне живые. Оно и понятно: ведь слушатели с ними давно знакомы. Наверное, единицы могут похвастаться тем, что не представляют себе героев «Птицу ЕМЪ». Ведь у всех в классе был омега-самец, или даже им был сам слушатель, все знают, кто такие гопники, просто кто-то знает их ближе; ну а историю про учителя со странностями можно услышать на каждой встрече выпускников. Разве что в шкуре гомосексуалиста доведется побывать не каждому.





В итоге перед нами альбом не воспоминаний о прошлом в традиционной для русского человека манере «раньше было лучше», а шуточный, скорее шутовской альбом-констатация «раньше было так». Иронизируя над прошлым, «Птицу ЕМЪ» не предлагают делать выводы или искать корни, а просто дают возможность получить удовольствие. Хорошо рифмуют, смешно шутят, заразительно дурачатся и делают это очень искренне. А это уже дорогого стоит.


















@темы: 4 позиции бруно, Прослушка, Птицу емъ, русский рэп, хип-хоп

artread

главная